Атакующему иногда достаточно сравнительно небольших затрат, тогда как бизнесу приходится защищать данные, сервисы и доверие клиентов. В выпуске Belyaev_Podcast эксперты разбирают, как считать эту разницу без самообмана.
Суть события
В 26-м выпуске Belyaev_Podcast Борис Евдокимов, директор по информационной безопасности сети аптек «АСНА», и Вячеслав Касимов, CISO Точка Банка, обсуждают главный управленческий вопрос информационной безопасности: за что именно компания платит и какой риск уменьшают эти расходы.
Главный вывод звучит неприятно, но полезно: отсутствие публичной утечки ещё не доказывает, что инцидентов не было. Сигнал могли не заметить, не связать между собой или обнаружить уже после того, как данные вышли за периметр. Поэтому безопасность нельзя оценивать только по числу купленных продуктов или хорошим новостям.
Детали
Цена попытки атаки и цена последствий живут в разных реальностях. Для массового поиска слабых мест злоумышленнику доступны облачные сервисы, вычислительные мощности и автоматизация. Компании же должны одновременно контролировать внешние точки входа, доступы подрядчиков, резервные копии, рабочие станции, логи и восстановление.
Практический минимум — знать критичные активы, владельцев доступов и признаки компрометации; регулярно проверять внешний периметр; мониторить публикации об утечках и заранее определить действия первых часов. Проверяемая резервная копия и понятный план восстановления часто полезнее ещё одной лицензии, которую никто не успевает настроить.
Эксперты предлагают говорить с бизнесом языком сценария: что может пострадать, каковы вероятность и ущерб, сколько стоят меры и какой остаточный риск останется. Такой паспорт риска делает запрос на бюджет проверяемым, а не превращает его в просьбу «купить безопасность вообще».
Контекст
Информационная безопасность защищает не только инфраструктуру. Она поддерживает способность компании зарабатывать и сохранять доверие клиентов. Если ИБ умеет лишь запрещать, команды начинают обходить её. Зрелый подход предлагает безопасный путь запуска: ограничения, компенсирующие меры, сроки и понятную ответственность.
Тот же принцип важен для искусственного интеллекта в SOC, антифроде и реагировании. Модель можно использовать для первичной квалификации событий или запуска очевидных процедур, но нельзя выдавать ей больше прав, чем нужно. Критичные действия требуют тестирования, журналирования и человеческого контроля. Инструмент с доступом к инфраструктуре сам становится частью поверхности атаки.
Отдельный риск — потеря доверия после инцидента. Её усиливают молчание, противоречивые комментарии и отсутствие плана. Технические меры не заменяют кризисную коммуникацию: заранее должны быть определены владельцы решений, порядок уведомления и правила восстановления.
Что дальше
Руководителю стоит начать не с вопроса «какой продукт купить», а с короткого разбора критичного сценария. Где хранятся важные данные? Кто имеет доступ? Как компания заметит компрометацию? Что произойдёт в первые часы и кто примет риск, если защиту отложить? Ответы покажут пробелы лучше, чем зелёный статус в отчёте.
Подробнее о том, как бизнес оценивает стоимость внедрения AI и связанных рисков, читайте в материале «Внедряю AI в бизнес за 500 000₽: сколько стоят AI-консалтинг проекты в 2026 году». Вопрос остаётся практическим: в какой момент безопасность в вашей компании стала инструментом управления риском, а не непонятной строкой расходов?
